Главное не давать свободы

Главное не давать свободы
Правила власти: уроки Андропова. К 35-летию со дня смерти генсека-чекиста. Часть 2

Историк Рой Медведев пишет: В 1983 году следственный изолятор КГБ в Лефортово был переполнен. Здесь было немало недавних государственных чиновников, крупных чинов милиции и прокуратуры, работников управлений внешней торговли и внутренней таможенной службы, партийных и советских работников среднего уровня, сидевших рядом с заправилами черного рынка и подпольными миллионерами.

Одновременно начался демонтаж культа личности Брежнева. В предновогодней передовице Правды о его недавнем уходе из жизни не обмолвились ни словом. Вместо этого в прессе появились упоминания Никиты Хрущева и Георгия Маленкова, когда-то свергнутых Леонидом Ильичом. На торжественном собрании, посвященном 60-летию Советского Союза, Юрий Андропов как бы упрекнул почившего предшественника: Партия должна ориентироваться на дела, а не на громкие лозунги. Раздались продолжительные аплодисменты.

Предчувствие перестройки?
Впрочем, с политическими преобразованиями новый генсек не торопился, понимая, что сначала нужно накормить народ. Разваленная экономика главная беда, доставшаяся ему в наследство от дорогого Леонида Ильича. В ЦК создали новый экономический, отдел, возглавить его Андропов пригласил первого зампреда Госплана СССР, бывшего директора Уралмаша Николая Рыжкова.

Возможно, дало свои плоды укрепление дисциплины, да и общее оживление, возникший оптимизм: 1983 год отметился повышением производительности и объемов выпущенной продукции в промышленности и сельском хозяйстве. Рост исчислялся 46%, что по теперешним временам на зависть. Рос выпуск предметов потребления, на 8 млрд рублей увеличился товарооборот, на 12 млрд вклады населения в сберкассы. Лучшие показатели за много лет.

В то же время началась открытая экономическая дискуссия, разработка плана преобразований. Предусматривалось повышение роли трудовых коллективов в управлении предприятиями, учреждениями, организациями, другими словами их самостоятельности. Настоятельно говорили о привязке производительности и результатов труда к заработной плате и другим формам материального поощрения. Предполагалось расширение и увеличение количества личных приусадебных хозяйств, подсобных хозяйств при предприятиях.

На этом фоне начались осторожные подвижки в общественно-политической сфере. Однажды на встрече с ветеранами Юрия Андропова попросили: Не либеральничайте с теми, кто не об общем благе думает, не о работе, а только о личном благополучии. Это мы вам обещаем, ответил Юрий Владимирович, чем вызвал восторг.

Въехав в Кремль, Андропов оставил председателем правительства доставшегося от Брежнева 77-летнего Николая Тихонова (слева)
Въехав в Кремль, Андропов оставил председателем правительства доставшегося от Брежнева 77-летнего Николая Тихонова (слева)
Юрий Абрамочкин
Осенью и зимой 1983 года прошли отчеты и выборы в парторганизациях от первичных до областных и краевых. При этом в установках ЦК говорилось: Не могут быть терпимы факты, когда собрания проходят по подготовленному сценарию, без заинтересованного, откровенного обсуждения, когда выступления участников заранее редактируются, а инициатива и критика приглушаются. На партконференциях впервые с середины 60-х зазвучали смелые, откровенные выступления.

Можно ли выжить в тоталитарном государстве во время репрессий. Интервью
Центральный комитет (а значит, генсек) призывал смелее выдвигать новых руководителей, исходя из их личных качеств и способностей. К концу 1983 года сменили около 20% первых секретарей обкомов и более 20% министров, появились новые лица в аппарате ЦК. В некоторых крупных городах руководство райкомов партии обновилось на 2535%, значительное освежение кадров происходило в Москве, в областях РСФСР, Украины, Казахстана. Мысль Андропова шла дальше: сократить представительство в Верховном Совете высокопоставленных чиновников и партийных функционеров, увеличить долю рабочих, колхозников, служащих

Во внешней политике он размышлял над выводом войск из Афганистана, планировал нормализовать отношения с Китаем. После вооруженного конфликта из-за острова Даманский на советско-китайской границе размещались десятки дивизий и всевозможные вооружения. Создание группировки обошлось в 200300 млрд рублей, ее поддержание стоило еще десятков миллиардов в год. Напряженные отношения с восточным соседом Советскому Союзу были не по карману.

Спустя годы Егор Лигачев скажет: подлинным автором перестройки был Андропов, мы реализовывали его задумки.

Смерть на старте
Сам Андропов сделал для перестройки не так уж много. Главное постарался расшевелить общество и дал ему ощущение пробуждения от многолетней летаргии.

Основным врагом генсека были не фрондирующие функционеры и казнокрады, а болезни и стремительно уходящее время. С молодости он страдал почечным диабетом. Затем добавились гипертония, пневмония, колит, артрит, мерцательная аритмия, опоясывающий лишай. В начале 1980 года, будучи в Афганистане, Андропов подхватил азиатский грипп, начались почечные обострения, вплоть до обмороков. Он сильно облысел, кожа пожелтела, ослабла рука. Генсеку выписали из-за границы индивидуальный аппарат искусственной почки, он все чаще прибегал к диализу, искусственному очищению крови.

Но уже в конце февраля 1983 года, всего через три с половиной месяца после овладения советским троном, почки отказали. В мае Андропов с трудом выходил из машины, поднимался по лестнице, его повсюду поддерживали охранники. Тогдашний помощник Михаила Горбачева Валерий Болдин вспоминал: Андропов повернулся, и я увидел его абсолютно отрешенное лицо. Он чувствовал себя так плохо, что, по-моему, даже не понял, что я ему сказал. Было очевидно, что надолго его не хватит. В августе на ногах образовались незаживающие язвы, усилилось дрожание рук. Отныне Юрий Владимирович работал в основном в загородной резиденции, часто не вставая с постели.

Утром 1 сентября он провел последнее в своей жизни заседание Политбюро, был малоподвижен, выглядел очень устало. Сразу после этого отправился в Крым, там почувствовал облегчение и несколько часов, легко одетый, гулял по прохладному лесу, устав, посидел на гранитной скамье. На второй день развилась флегмона, гнойное воспаление. Генсека экстренно вернули в Москву, провели срочную операцию, но послеоперационная рана так и не зажила. Стало все труднее бороться с интоксикацией. Андропов прекратил ходить и в конце октября окончательно перебрался в спецбольницу в Кунцеве.

В последние месяцы жизни ему отказали не только почки, но и печень, легкие, пришлось применять внутривенное питание. Двое охранников ухаживали за ним, как за ребенком, носили на руках. Но даже в таком полуживом состоянии, ослепнув на один глаз, Андропов мужественно продолжать работать. Заказал произведения Салтыкова-Щедрина, романы Достоевского и Толстого, повесть Булата Окуджавы Путешествие дилетантов. Охранники переворачивали страницы, и генсек одолевал по 400 страниц в день, причем все так же дословно фотографируя тексты.

В элитах снова востребована мифологема Остров Россия. Что это значит для всех нас?
Осознавая близость конца, Юрий Владимирович просил зайти любимых помощников. Егор Лигачев потом признавался, что шефа не узнал, принял его за другого больного. Несколько минут не мог прийти в себя, неловко молчал. Горбачев рассказывал, что испытал потрясение, увидев осунувшееся, отечное лицо серовато-воскового цвета, поблекшие глаза, которые Андропов почти не поднимал. Поразило, как он поседел, стал совсем белым. Мне было больно смотреть на Андропова, лежащего на специальном противопролежневом матрасе, малоподвижного, с потухшим взглядом и бледно-желтым цветом лица больного, у которого не работают почки. Он все меньше реагировал на окружающее, часто бывал в забытьи, спустя годы писал Евгений Чазов.

9 февраля в 16:50 1984 года по московскому времени Юрий Андропов скончался. По заведенным правилам извещать партию, государство и народ не торопились. Страна узнала об уходе своего генсека почти через сутки. Следующим генеральным был наконец избран Константин Черненко: бессильный и покладистый доходяга, он устраивал и стариков типа Устинова и Громыко, и молодежь Горбачева, Рыжкова и Лигачева, которые группировались, чтобы не упустить верховную власть в следующий раз он представится ровно через 13 месяцев.

Души прекрасные порывы
Если остановиться на предыдущем, получим сусальный образ наподобие дедушки Ленина. Но Юрий Андропов фигура неплоская, сложная, многосоставная.

Как посол СССР в Венгрии он участвовал в подавлении венгерского антисталинского, антисоветского и антисоциалистического восстания 1956 года (супруга Андропова настолько тяжело перенесла расправы над коммунистами и сотрудниками спецслужб в Будапеште, что испытала психическое расстройство и пристрастилась к наркотикам). Как председатель КГБ он принимал участие в удушении пражской весны 1968 года и польской Солидарности в начале 80-х.

Главный урок, усвоенный Андроповым в Венгрии, был прост. Он увидел, с какой легкостью коммунистическая партия может потерять власть над страной, если только позволит себе ослабить идеологический контроль, цензуру, если исчезнет страх. Ничто другое подорвать власть партии не может. Главное не давать свободы, формулирует Леонид Млечин.

Поэтому у себя на родине, в СССР, Андропов воссоздал ослабленную при Хрущеве разветвленную сеть отделений своей грозной организации в городах и районах, в учреждениях, НИИ, на предприятиях, имеющих хоть какое-то отношение к обороне, на транспорте. Восстановил и увеличил численность Комитета, количество управлений. Щедро раздавал высокие, в том числе генеральские, звания. И вообще заботился, чтобы подчиненные были обеспечены хорошей зарплатой, жильем, продовольственными пайками. У комитетчиков были свои закрытые, поликлиники, госпитали, дома отдыха, санатории. Боровшийся с кастовостью у других, в своем ведомстве Юрий Андропов ту же кастовость щепетильно поддерживал.

Свое место в практике Комитета нашли и своеобразные приписки. Лубянка специально внедряла продвинутых агентов в такие эмигрантские организации, как Народно-трудовой союз и Организация украинских националистов, чтобы, подпитав интеллектуально, продлить их вялотекущую деятельность и, таким образом, обеспечить себе фронт работ, должности, звания, оправдать расширение финансирования и штатов.

Как на самом деле жилось в СССР. Шесть воспоминаний
Особой гордостью Андропова стало созданное им Пятое, идеологическое, управление КГБ, состоявшее из разнообразных отделов: творческой интеллигенции, молодежи, спорта, национальных отношений, религиозных организаций, отделов по борьбе с сионизмом и с диссидентами. В каждом отделе тысячи сотрудников. Работать в Пятом управлении было выгодно: некоторые чекисты охотно способствовали своим родственникам и знакомым и решали вопросы с поступлением в престижный вуз, а сами стремились попасть в туристические группы, творческие или спортивные делегации, отправлявшиеся за рубеж. (К слову, Андропов считал, что советские туристы подвергаются за границей особой опасности вербовки иностранными разведками, и как мог ограничивал выездной туризм.)

Развивалась сеть доносителей. В нее, в обмен на решение бытовых (например, квартирных) проблем или содействие в карьере, втягивались неустойчивые представители интеллигенции. Так шел сбор материалов на композитора Дмитрия Шостаковича, драматурга Виктора Розова, сатирика Михаила Жванецкого, философов Юрия Карякина и Сергея Аверинцева, многих других.

Велась тщательная перлюстрация почты. (Как-то КГБ перехватил письмо Александра Бовина, входившего в группу спичрайтеров Леонида Брежнева, в письме автор сетовал, что тратит талант на службу ничтожествам; Андропов, опасавшийся, что его опередят, доложил о письме лично Брежневу, и Бовина выгнали из ЦК.)

Кроме того, андроповский КГБ организовал тотальную прослушку телефонов, квартир, дач, служебных кабинетов. У меня на прослушивании телефонных и просто разговоров сидят молодые девчата. Им иногда очень трудно слушать то, о чем говорят и что делается в домах людей. Ведь прослушивание ведется круглосуточно, сокрушался хозяин Лубянки. Под колпаком оказались не только ненадежные граждане и иностранцы, но даже члены Политбюро. Соратники Брежнева прекрасно понимали, что обслуга докладывает о каждом их шаге и у генсека (Брежнев и не скрывал) есть досье на каждого из них.

Не чурался доносов и сам Андропов: например, писал в ЦК на главного редактора журнала Новый мир Александра Твардовского, хотя уверял, что это любимый его журнал. Цензура не пощадила Театр сатиры, Ленком и, конечно, Театр на Таганке. Вынужденная эмиграция главного режиссера Таганки Юрия Любимова, как и Иосифа Бродского, Александра Солженицына, Александра Галича, Мстислава Ростроповича и Галины Вишневской, Владимира Войновича, Василия Аксенова, Георгия Владимова и других дело рук КГБ андроповского закала.

Лишение гражданства лишь элемент, причем не самый убедительный, из изощренного набора средств, которые чекисты применяли против диссидентов (самый известный из них, конечно, Андрей Сахаров). Куда страшнее были длительные тюремные сроки (так, писателю-самиздатовцу Леониду Бородину впаяли максимальные 10 лет лагерей и 5 лет ссылки, в общей сложности в тюрьмах и лагерях томились сотни политзаключенных) и принудительное лечение в психушках (наиболее известные жертвы Валерия Новодворская и генерал Петр Григоренко). Когда в конце 80-х, во время горбачевской перестройки, карательной медицине был положен конец, с психиатрического учета сняли около 800 тысяч (!) пациентов.

Наконец, при Андропове (чья мать Евгения Карловна носила фамилию Файнштейн) в Советский Союз вернулся официозный антисемитизм. Почти остановилась эмиграция евреев: в 19811982 годах за пределы СССР ежемесячно выезжали только 150200 человек, потом, когда Андропов возглавил партию и государство, положение стало еще труднее. Андроповский КГБ рьяно искоренял интерес к еврейскому языку, истории, культуре, вел строгий контроль за карьерными траекториями советских евреев, не допуская их на верхние этажи управления. Правозащитника Анатолия Щаранского, который бесстрашно отстаивал интересы своих соплеменников, сначала обвинили в шпионаже и упекли в тюрьму, а потом обменяли на нескольких провалившихся разведчиков.

Совсем другой Андропов
Никто иной как Юрий Андропов, друживший с другим всесильным силовиком министром обороны Дмитрием Устиновым, помогал укреплять влияние армии и ВПК на Леонида Брежнева, раздувать военные бюджеты. В конце 70-х при поддержке председателя КГБ было принято решение об установке на западных рубежах СССР ракет средней дальности с разделяющимися ядерными зарядами СС-20. С этого началась гонка вооружений, в конце концов обанкротившая Советский Союз. При активном участии главного чекиста СССР советско-партийная верхушка осуществляла разорительную для собственной страны поддержку дружественных режимов в Азии, Африке, Латинской Америке.

Не слабоумный генсек, а Устинов, Андропов и Громыко принимали решение о вводе советских войск в Афганистан. Когда начальник Генштаба Николай Огарков заметил, что, войдя в Афганистан, Советский Союз столкнется с большими внешнеполитическими осложнениями, Андропов отрезал: У нас есть кому заниматься политикой. Вам надо думать о военной стороне дела, как лучше выполнить поставленную вам задачу. А Георгию Арбатову, потом почти уговорившему Брежнева отозвать из Афганистана хотя бы 10% советского военного контингента, Андропов устроил разнос.

Именно при генсеке Андропове Москва вляпалась в позорную историю с южнокорейским Боингом-747, который 1 сентября 1983 года вместе с 269 пассажирами и членами экипажа сбили над Сахалином. Позор не в том, что советский истребитель уничтожил гражданский лайнер (уже при Борисе Ельцине с СССР и России обвинения в необоснованной ликвидации южнокорейского борта были сняты), а в том, что еще неделю после трагедии советское военно

4 Comments

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *