После заявлений о фальсификации

После заявлений о фальсификации основных доказательств по делу Алексея Майнагашева, Дмитрия Медведева, Юрия Юркова, Степана Тюкпеева, Андрея Макущенко и Артема Храмцова, события продолжают развиваться не менее стремительно и по самому замысловатому сценарию.

Теперь обвиняемые и защитники лишаются права задать все интересующие защиту вопросы допрашиваемым свидетелям обвинения и потерпевшим. Апогеем данной странности в этом процессе, на сегодняшний день, можно считать неожиданное и бесследное исчезновение из здания суда очередного потерпевшего по делу, гражданина Казахстана, Сардора Анартаева.
В очередном судебном заседании вопросы потерпевшему, задавала сторона защиты. Поскольку русским языком он не владеет, то допрос осуществлялся с помощью переводчика.
Ситуация начала обостряться, когда на вопрос адвокатов, не привлекался ли Анартаев к уголовной ответственности за кражу лошадей, потерпевший, занервничав, ответил отрицательно.
То, что он обманул суд, выяснилось сразу же после оглашения находящегося в материалах дела приговора, из коего следует, что Анартаев был осуждён, и осуждён именно за конокрадство.
Дальше больше. В полный тупик потерпевшего поставил вопрос о том, почему не понимая русского языка, он, как следует из протокола допроса проводившегося в Казахстане, попросил казахского следователя допрашивать его по-русски. Кроме универсальной фразы не помню он ничего ответить не смог.
Далее адвокаты начали выяснять, каким образом Анартаев, не зная (по его собственному утверждению в суде) города Абакана, на допросе в Казахстане подробно и четко назвал адреса, где происходили события, описанные в протоколе его допроса.
Однако в самый разгар неудобных вопросов защиты, к гражданину иностранного государства подоспела помощь со стороны прокурора. Государственный обвинитель Елена Васильева вдруг попросила об объявлении перерыва, по ее словам, для того, чтобы принять лекарство. Судья, удовлетворив просьбу прокурора, прервал допрос потерпевшего стороной защиты.
После короткого перерыва обнаружилось, что и потерпевший Сардор Анартаев и его переводчик Дильшат Усманов исчезли. Председательствующий сообщил, что ни у него, ни у службы судебных приставов нет информации о том, куда и каким образом потерпевший и переводчик пропали из здания суда.
Ничуть не удивившись и не проявив беспокойства по поводу внезапного исчезновения потерпевшего, (которого, кстати, охраняли несколько сотрудников СОБРа, также бесследно испарившиеся) гособвинитель Васильева буднично предложила продолжать процесс без них, а если появятся, то появятся. Каким образом реагировать на действия потерпевшего, который покинул судебное заседание без разрешения председательствующего тоже остается открытым вопросом.

И вот вышеописанные события получили просто ФАНТАСТИЧЕСКОЕ продолжение.
В текущем судебном заседании секретарь этого же судебного заседания Марина Аракчаа зачитала телефонограмму, согласно которой потерпевший Сардор Анартаев, ранее покинувший здание суда без разрешения председательствующего, а попросту говоря сбежавший во время допроса, не может явиться для продолжения допроса, в связи с тем, что покинул территорию России и выехал в Республику Казахстан.
Защитники пришли к выводу, что судья, секретарь и прокурор не могут не осознавать, что буквально описанный в телефонограмме диалог, якобы состоявшийся между секретарем и потерпевшим, не может иметь ничего общего с реальностью. Адвокаты напомнили, что судья Иван Степанков сам назначил потерпевшему Сардору Анартаеву переводчика, который в суде осуществлял русско-узбекский (узбекско-русский) перевод. Все наблюдали, что Анартаев ни слова не понимает на русском языке и уж тем более не может на нем изъясняться. Об этом он сам сообщил суду через своего переводчика. Однако из буквального содержания телефонограммы следует, что Марина Аракчаа позвонила Сардору Анартаеву и на русском языке произнесла следующие слова: по уголовному делу в отношении Майнагашева, Медведева, Макущенко, Храмцова, Юркова, Тюкпеева 04 декабря 2018 года в 9 часов 30 минут состоится судебное заседание. Судом Вы вызываетесь по ходатайству стороны защиты для проведения Вашего дополнительного допроса в качестве потерпевшего. И что самое удивительное Сардор Анартаев ответил ей следующими русскими словами: я не смогу принять участие в судебном заседании, так как уезжаю в Республику Казахстан, в городе Абакане находиться не буду, когда в следующий раз приеду на территорию Российской Федерации пояснять отказываюсь. Сообщать сведения о своем текущем местонахождении я отказываюсь, заявление представлю в суд. Защитники указали, что телефонограмма, оформленная Мариной Аракчаа, не содержит сведений об использовании говорящими в описанном телефонном разговоре словесных конструкций на узбекском языке и отказались верить этому документу.

Если уж говорить совсем понятным языком, то гражданин Казахстана, в судебном заседании без переводчика даже не способный произнести свои личные данные на русском языке, вдруг приобретает способность не просто изъясняться на великом и могучем, но и выстраивать сложные языковые конструкции!!!

Так с чем мы имеем дело это проявление чуда, необъяснимого с научной точки зрения, или всё-таки в здании Абаканского городского суда происходят вещи, которые требуют тщательной проверки, в том числе возможно с привлечением сотрудников Следственного комитета Российской Федерации???

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *